(3954-1) 3-03-13
п. Усть-Ордынский,
ул, Калинина, 14

Бурятская иконография

Определяющую роль в бурятском шаманизме играют онгоны. Онгон – дух предка семьи или рода, его культовое изображение в культуре монгольских и тюркских народов. Существовали культовые изображения, духов нарисованные краской на материи, сшитые из тряпок, вырезанные из войлока, дерева, жести или вылепленные из глины. Распространены были онгоны в виде шкурок пушных зверей — колонка, хорька, зайца, соболя и др. Иногда к таким онгонам прикреплялись небольшие металлические фигурки человека, ленточки или маленький бубен.

Нельзя не упомянуть и о живых онгонах-животных. Среди них можно было встретить лошадей, баранов, козлов и быков. Эти животные посвящались духам или божествам.

 Изображения онгонов представ­ляли собой фигуры людей и животных, трактованные большей частью крайне схематично. Но круг идей, связанных с этими изображениями, был очень широк и охватывал собой представления о вселенной, о небе и небесных светилах, об огне, о различных духах, о причинах болезней, о загробной жизни и т. д.

В изображениях и семантике онгонов нашли свое идеологическое отражение различные формы хозяйственной деятельности бурят — охота и рыболовство, скотоводство и земледелие, а также ремесла и другие отрасли труда сельского населения.

Онгоны помещались как внутри юрты, так и вне ее. Нередко они хранились в войлочных, кожаных или берестяных сумочках или в деревянных ящичках продолговатой формы. Вне юрты онгоны хранились в таких же ящичках, подвешенных или прибитых к столбам.

Онгоны, нарисованные на материи, имели форму квадрата или прямоугольника различных размеров, в среднем 20х30 см. Как исключение встречались крупные онгоны.

Онгоны изготовлялись для «вселения» в нарисованные на них изобра­жения тех или иных духов с целью заручиться их помощью и покрови­тельством или избежать их преследования. Рисунки на онгонах обычно делал приглашенный шаман, но этот обычаи не всегда строго соблюдался. Можно предполагать, что в старину онгоны изготовлялись самими членами семьи, заинтересованными в установлении благоприятных для себя отноше­ний с духами. Иногда исполнение рисунков поручали знающему старику.

Краски, с помощью которых исполнялись рисунки, были минераль­ные (охра, красная глина); чаще всего это были различные оттенки красного цвета. В XVIII—начале XIX в. (а также, видимо, и в более раннее время) изображения на некоторых онгонах наносились кровью жертвенного животного, иногда молоком и жиром, а вместо материи употреблялась овечья кожа.

Изображения на онгонах очень разнообразны. Среди них встречаются человеческие фигуры, деревья, небо, солнце, луна, звезды, облако, земля, горы, озера, предметы хозяйственного и бытового назначения и т. д. На некоторых онгонах поверх человеческого изображения, нарисован­ного краской, пришита небольшая антропоморфная фигурка – ильтахан, олицетворяющая одну из душ человека.

Кроме ильтахан, к онгонам пришивались иногда и другие предметы, например, металлические серьги или ожерелья, миниатюрные деревян­ные ведра, поварешки, а над изображениями людей — перья.

Среди онгонов были как одиночные, так и серийные.

После смерти владельца онгонов последние обычно предавались сожжению или переходили по наследству к другому владельцу. Сжигали онгоны и в тех случаях, когда они приходили в ветхость и заменялись новыми.

В XIX—начале XX в. онгонов было много и связанные с ними идеи и представления носили разнообразный характер. Буряты-анимисты верили, что с помощью рисунков и совершаемых над ними действий (оживление изображений, надевание на них богатой одежды, принесение жертв, произнесение молитв, обращенных к духам и т. д.) можно до­биться тех или иных положительных результатов.